Писатель, публицист Василий Ширко дал интервью районной газете

Накануне его 75-летия разговор зашел о земляках, людях, которые знакомы и дороги, о собственных творческих делах и литераторах Беларуси, с которыми приходилось встречаться, своих жизненных принципах.

Из послужного списка В. Ширко: лауреат Государственной премии Республики Беларусь в области литературы, искусства и архитектуры за цикл публицистических статей «Беларусь. Время и люди в раздумье журналистов». Лауреат Национальной литературной премии за книгу «Нязваны госць». Награжден Почетной грамотой Верховного Совета БССР, грамотой Совета Министров Республики Беларусь, грамотой Администрации Президента Республики Беларусь и Благодарностью Президента.
— Василий Александрович, вспомните свое самое приятное, самое интересное воспоминание из детства.
— Когда я учился в четвертом классе Чуриловской начальной школы, заехал к нам корреспондент районной газеты. Учитель пригласил для беседы лучших учеников, среди них был и я.
— Вася пишет стихи, — сообщил гостю.
— То прочитай.
Я прочитал что-то.
— А можешь сейчас вот что-то сочинить? Например, про вишню.
Через минут пять я зачитал несколько столбиков. Вскоре стихотворение напечатали в «Чырвонай зорцы». Газету давно выписывали родители, там стали часто печататься мои стихи, заметки, и я гордился, когда после моей фамилии в подписи значилось “селькор”.
— Ваш самый первый учитель — по жизни, в творчестве.
— Это мой отец Александр Александрович, который работал бригадиром строительной бригады в совхозе “Узденский”. Он знал наизусть много стихов белорусских авторов, около двадцати поэм, крупных произведений Якуба Коласа, других поэтов. С детства и мне привил любовь к родному языку, литературе. Не имея хорошего образования, обладал феноменальной памятью — раз услышит или прочитает произведение, что понравилось, и тут же пересказывает, как настоящий артист, с интонацией, паузами, юмором. Не раз его приглашали демонстрировать такие способности на республиканское радио, телевидение, он становился героем публикаций в литературных журналах.
— После окончания факультета журналистики БГУ и службы в армии вам довелось поработать корреспондентом “Сельской газеты”, на белорусском телевидении, в журнале “Полымя”, редактором литературно-художественного журнала “Белая вежа”. А какое место работы запомнилось больше всего?
— Наверное, в качестве редактора, заведующего отделом Главной редакции литературно-драматических программ Белорусского телевидения, с 1973 по 1986 годы. Было множество интереснейших встреч, в том числе с классиками белорусской литературы, народными писателями, поэтами – Кондратом Крапивой, Иваном Шамякиным, Янкой Брылем, Нилом Гилевичем, Рыгором Бородулиным, другими. О каждом из них можно вспомнить интересные подробности, а для меня, на то время молодого литератора, это была и своеобразная школа. Общаясь с известными людьми, учился у них умелому обращению со словом, ответственности за написанное, сказанное.
Готовя передачи об известных людях, не раз был свидетелем интересных, порой комических ситуаций. Такое, например. Во время юбилейной вечеринки, проходившей по случаю 80-летия К. Крапивы в Купаловском театре, ему было посвящено много поздравлений, здравиц. Выступая с заключительным словом, Кондрат Кондратович, уже в почтенном возрасте, сказал так: «Вы здесь меня перехвалили. Это уже мой седьмой юбилей. До встречи на следующем юбилее!» Многие восприняли это за шутку, а позже вспоминали его слова и на 85, и на 90-летие классика.
— Что вы считаете из написанного, изданного своей творческой удачей, лучшей книгой?
— На моем счету около сорока книг. Говорят, что ни одна мать не скажет, что один ее ребенок лучше другого. Так и у меня, каждая книга чем-то дорогая. Широкий отклик у читателей имели первые — «Зямли бацькоўскай прыцягненне”, “Сцяжына да людзей”, “Дарагія мае землякі”, “Дзед Манюкін не салжэ”, “Няхай людзі бачаць”, «Вунь чурылавец пайшоў». Положительные рецензии получили и две последние – “Нязваны госць», за которую присуждена Национальная литературная премия, и роман «Прынеманскія плытагоны», посвященный родной деревне, событиям, происходившим здесь в период с 1933 по 1943 годы. А наибольшей удачей считаю серию сказок про деда Манюкина (кроме указанной выше они включены и в Книгу “Дзед Манюкін і ўнукі”). Разошлись тиражом свыше 50 тысяч экземпляров! А недавно артист Винярский в течение трех месяцев ежедневно, кроме выходных, читал их по радио. Я думал, что сегодня радио меньше слушают, чем раньше. Нет — множество отзывов мне присылали.
— Самые авторитетные для вас белорусские литераторы.
— С детства знаю наизусть много произведений Якуба Коласа, чей талант сравнивают с творчеством Шекспира, а его “Новая Земля” – несравненный ни с чем шедевр. Давно поддерживаю теплые дружеские связи с плеядой поэтов, писателей из Столбцовщины (может потому, что Неман вдохновляет на создание высокохудожественных произведений) — Микола Малявко, Казимир Камейша, Генрих Далидович, Евгений Хвалей, Алесь Комаровский, Зоя Колковская, которая живет сейчас в нашем Первомайске…
— Самые лучшие качества, что цените в человеке.
— Недавно, отдыхая в санатории, перечитал Пикуля, который высказался так “Если человек хвастается тем, что работает над книгой, научной работой по 10-15 часов в сутки, он в творческом отношении ничто. Важнее не сто страниц в день выдать, а одну, три, пять, но талантливых».
Уважаю людей талантливых. В любом деле. Можно исправно выполнять свои обязанности, но, оставаясь таким, как все, ничего особенного в этой жизни не достигнешь. Давно знаком с известным на Узденщине садоводом Антоном Летуном. Не единицами, а гектарами измеряется количество посаженных, ухоженных им садовых деревьев, и в каждую яблоньку он вкладывает свою душу, живет этим делом, переживает за каждое деревце. Не очень люблю, когда журналисты направо и налево разбрасываются эпитетами “учитель от бога”, “доктор от бога”, а в этом случае Антон Лукич действительно садовод от бога.
— В таком случае вспомните еще кого-то из самых интересных людей на Узденщине.
— Я небольшой специалист в других сферах жизнедеятельности, поэтому не буду озвучивать фамилии пусть и признанных в разных профессиях земляков, а скажу о том, в чем больше разбираюсь – о литературе. Тем более, что Узденщину во всей Беларуси называют краем поэтов, писателей. Уважаю одного из зачинателей русской литературы Фаддея Булгарина, чья родословная из нашей деревни Пырашево. Склоняю голову перед талантом преждевременно умершего Павлюка Труса, перед гражданской лирикой Петра Глебки. Со школы восхищаюсь баснями Кондрата Крапивы, его острой сатирой, которая писалась в те годы, когда и за меньшие “грехи” было суровое наказание. А вот его прозаические попытки (незаконченный роман «Мядзведзічы») — его слабая сторона, понял это и сам автор, поэтому и прекратил работу в этом направлении. Уважаю Кастуся Шавеля, за его мужество в преодолении жизненных неприятностей.
— Ваши самые любимые места на Узденщине, в Беларуси, мире.
— В свое время, работая в столице, в” Сельской газете » и на телевидении, объехал-обошел, пожалуй, каждый уголок Беларуси. Сколько красивейших мест знаю: Мядельщина, Полесье, Браславщина, Глубокое, Ушачи (кстати, еще один литературный клондайк). У меня особое отношение к Витебщине. Этот край, в отличие от юга Беларуси, наименее пострадал от бездумной мелиорации, развернувшейся во второй половине прошлого века. Сохранились в прежнем виде десятки, сотни речушек, озер, нетронутые дикарскими отношениями горе-туристов леса… Но нет ничего милее родных мест, окрестностей Чурилова. Почти все мои книги про знакомые с детства леса, речку, деревни, людей. Этим живу все свои 75 лет, изредка бывая за границей, всегда с нетерпением возвращаюсь к родным истокам.
— Самый важный жизненный урок, полученный за годы работы, общения с разными людьми.
—Не теряйте своих корней. Все написанное мною — о родном, близком, знакомом. Не уважаю тех, кто, приехав в столицу из самобытного сельского края, глубинки, где издревле говорили пусть не на чистом белорусском языке, но на том, на котором разговаривали отцы, деды, через несколько месяцев “перестраиваются” на городской лад, с презрением относятся к своему прошлому. Нельзя отрываться от родных корней.
Второй урок: нет таланта – не работай, не переводи бумагу. Если нечего нового, интересного сказать людям, так, как это до тебя еще не говорили, — не трать времени.
И главный урок. Нет ничего дороже мира. Мы живем в тревожное время, когда и слово публициста, общественного деятеля может быть оружием. Не понимаю тех, кто сбежал за границу и оттуда призывает к введению санкций против своих соотечественников.
— И последний вопрос. Сбылась ли ваша самая заветная мечта? Что еще бы хотели успеть сделать?
— Не хочу сетовать на свою судьбу. Всю жизнь делал то, что умею, кажется, и не хуже других, о чем свидетельствуют творческие, государственные награды. Недописанных романов, повестей нет, разве что есть задумка сделать продолжение к «Прынеманскім плытагонам», показать дальнейшую судьбу героев произведения. Но сначала хочу написать о земляках, людях, после встреч с которыми всегда хочется пожать им руку. А таких свыше ста человек, Павел Шидловский, например. Это будут не эпические произведения, не романы, а небольшие очерки, зарисовки, воспоминания, где мои герои будут не героями, а живыми, обычными людьми… Учу белорусскому языку двух внучек, хочу, чтобы они знали его не хуже деда.
Виктор Соболевский